Остеопатия в реабилитации пациентов с тяжелой сочетанной травмой

К сожалению, приходится констатировать, что нередко пациентам, перенесшим тяжелую сочетанную травму, на этапе реабилитации уделяется недостаточно внимания. Всегда тяжело наблюдать молодого человека, в расцвете сил волею судьбы прикованного к больничной койке. Нередко неблагоприятный прогноз состояния пациента определяет соответствующее отношение к нему врача.

Возможности остеопатии в вопросе реабилитации до конца не определены, однако опыт врачей остеопатов по работе с такими пациентами вселяет оптимизм. Приведем клинический пример из собственной врачебной практики остеопата Новосельцева С.В..

В начале марта 2003 года домой к врачу позвонила пациентка, когда-то ранее проходившая курс остеопатического лечения, с просьбой о помощи. Ее отец в декабре 2002 года перенес серьезную автомобильную аварию, и до сих пор состояние его остается тяжелым. Убеждая пациентку в том, что в данном случае помочь ее отцу врач не сможет, после долгой беседы он все же согласился на консультацию.

В назначенный день остеопат приехал в госпиталь и увидел такую картину. На кровати с закрытыми глазами лежал мужчина лет 50, абсолютно обездвиженный, с трахеостомой в горле, с назальным зондом для питания, локти, голова и стопы в бинтах (за то время, что он лежал без движения, успели образоваться пролежни). В истории болезни был длинный диагноз: сочетанная тяжелая травма, открытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга со стволовыми нарушениями, тетрапарезом, субдуральные гидромы лобных долей, перелом основания черепа с субарахноидальным кровоизлиянием, тупая травма грудной клетки, перелом 3—11-го ребер справа, двухсторонний гидропневмоторакс, тупая травма живота, состояние после разрыва селезенки, печени и правой почки. Прочитав все это, я лишний раз убедился — ничего не выйдет. С момента травмы прошло 3 месяца, его подлатали, как смогли конечно. На этом в общем все и закончилось. «Хуже ему не будет», — подумал я и решил попробовать хоть что-нибудь сделать. Удалось только подобраться под его крестец и пропальпировать слабый краниосакральный ритм. Из этого положения врач сделал все, что счел на тот момент нужным. На прощание он сказал: «Посмотрим через неделю, что получится». Когда врач приехал через неделю, его встретили жена и дочь больного радостной новостью: «Он оживает». Врач провел еще одно, более мощное лечение, и снова через неделю остеопата ждал сюрприз — больной явно выкарабкивался. Ему нужна была остеопатическая помощь, и врач продолжил лечение. Практически после каждой процедуры двигательные возможности возрастали, он стал потихоньку двигать руками и ногами, взгляд его становился более осмысленным. Врач продолжал его лечить и не поверил своим глазам, когда на пятой процедуре на слово «Здравствуйте» пациент протянул руку для рукопожатия. На вопрос: «Как дела?» он сделал жест правой рукой, выставив большой палец. Он держал в руке фломастер и пробовал писать буквы.

Учитывая тяжесть неврологической симптоматики, реабилитация таких пациентов длительная, однако никогда нельзя прекращать попыток переломить ситуацию, ибо удача улыбается тому, кто идет ей навстречу. В настоящее время врач продолжает наблюдать этого пациента.



Остеопат и мануальный терапевт © 2004-2019 Санкт-Петербург | СПб